Профессия звукорежиссер - интервью с Андреем Дергачевым, автором саундтрека к фильмам "Возвращение", "Левиафан", "Елена"

Обновлено

ПрофГид: Я знаю, в твоей жизни была любопытная история: ты получил грант Французкого министерства культуры и жил во Франции две недели, писал музыку. Что это было? Зачем?

Андрей Дергачев: На самом деле это была,  насколько я знаю, программа по «обмену опытом» или что-то в этом роде. Каждый год (не знаю, существует ли программа сейчас) несколько композиторов, работающих в направлении электроакустической музыки, приглашались в небольшой французский городок Бурже (Bourges), чтобы в течение десяти - двадцати дней написать некое произведение. Выбор композиторов ложился на страны откуда они приглашались, так что французская сторона не участвовала в выборе. Насколько я понимаю, им главное было осуществлять данный проект и осваивать выделенные правительством деньги. Тем не менее, для участников это была приятная возможность поработать в хорошо оснащенной студии, не заботясь ни о финансовой, ни о технической стороне. Проживание оплачивалось, также существовал и гонорар – по тем временам внушительный для приехавших из восточной Европы, - студия была прекрасно оснащена и находилась в распоряжении композитора практически круглосуточно (если только композиторов было не больше двух на данный момент времени).

Читайте также:

В творческом плане предоставлялась полная свобода, ограниченная лишь минимальным временем протяженности композиции. Единственным условием со стороны Франции было: указать в титрах или анонсах, что данное произведение было написано по заказу Института электроакустической музыки Бурже и в его студии. Также Институт оставлял за собой право исполнять и издавать данное произведение. Возможно, звучит несколько разочаровывающе, но, думаю, моего двухнедельного пребывания в Бурже никто особо и не заметил.

Короткая справка

Андрей Дергачев – композитор, звукорежиссер. 40 лет, родился в г. Астрахани. Автор музыки к фильму «Возвращение» (реж. Анрей Звягинцев), проекту «Ежи и Петруччо» и др.

ПрофГид: Однако ты писал музыку к «Возвращению», получившему «Золотого льва». Я слушала потом отдельно весь саундтрек. Это волшебство в чистом виде. Ты же и автор музыки ко второму фильму Звягинцева, где ты еще и звукорежиссер. Все перечисленное я воспринимаю как потрясающий успех. Ты доволен собой сам как композитор? А как звукорежиссер?

А. Д.: Если честно, мне это приятно слышать, но большой роли для меня это не играет. Мне не очень понятно, когда отношение к человеку зиждется на основе того, что он сделал или что он умеет. Так что... Мне нравится работать со звуком, это позволяет мне иметь заработок... Все остальное не зависит ни от моей профессии, ни от моего таланта.

Читайте также:

ПрофГид: Раскрой нам тайну профессии звукорежиссера. Что он делает в кино? На радио? На ТВ?

А. Д.: Могу сказать лишь про кино и сериалы. Задача звукорежиссера по большей части состоит в том, чтобы зритель услышал все, что должен услышать и не услышал того, что не должен. И по возможности воспринял все звучащее как неотъемлемую часть изображения. Если вы спросите о художественной стороне работы, скажу, что она там есть.

ПрофГид: Как выглядит его рабочее место?

А. Д.: Рабочее место может быть очень разным: начиная от ноутбука с наушниками на собственной кухне (так часто работает один мой друг) и заканчивая студией  перезаписи, укомплектованной дорогим оборудованием и напоминающей средних размеров кинотеатр.

ПрофГид: Нормирован ли рабочий день?

А. Д.: Как и все в кино и на телевидении, работа со звуком непредсказуема на все 100%. Хотя в последнее время мне удается вести более-менее нормальный образ жизни. Думаю, это является следствием того, что люди, среди которых я работаю, уделяют внимание организации процесса и того, что в последнее время я редко исполняю обязанности непосредственно звукорежиссера, а беру на себя ответственность лишь за часть работы.

Читайте также:

ПрофГид: Я слышала, что когда работал для «Возвращения», ты сидел за рабочим столом по двадцать часов в сутки.

А. Д.: Думаю, произошла ошибка. На «Возвращении» я занимался только музыкой и происходило это без особой гонки, тем более что часть музыки была написана еще до начала съемок. На «Изгнании» было действительно тяжело, причем последние два с половиной месяца. Отчасти это произошло из-за совмещения обязанностей звукорежиссера и композитора, отчасти – из-за сроков завершения работы. Мы уже за год до Канского фестиваля понимали, что нам не хватает полтора месяца. Усугубилось это тем, что по моей неопытности мы заложили на финальную перезапись фильма где-то тридцать – сорок смен, чего оказалось недостаточно для  фильма длиной в 150 минут. В результате  пришлось работать в две смены. Это конечно не двадцать часов, а около пятнадцати, но тоже не подарок. Но справедливости ради надо сказать, что звукорежиссерам перезаписи на «Изгнании» было еще тяжелее.

ПрофГид: Этот каторжный труд  – композиторский или звукорежиссерский?

А. Д.: Все зависит от конкретной ситуации: порой бывает очень тяжело либо из-за организации, а точнее ее отсутствия, либо из-за собственной нетвердости в момент установления сроков и бюджета, либо просто ввиду обстоятельств, когда никто не виноват, но всем плохо. А иногда все протекает достаточно мирно.

ПрофГид: Чем этот труд вознаграждается?

А. Д.: Иногда бывает, что после того, как спало всеобщее напряжение, ссоры забыты, а проект получился удачным, ты видишь, что все не зря. Бессонные ночи действительно вознаграждаются, и это очень приятно.

Читайте также:

ПрофГид: Наверно, надо долго отдыхать от такой работы, чтобы не заболеть?

А. Д.: Бывает, пару месяцев вообще не хочется даже думать о работе.

ПрофГид: Чем звукорежиссерская работа отличается от звукооператорской?

А. Д.: Сейчас в этой сфере некоторая путаница с наименованиями, по крайней мере для меня, так что я иногда даже и не пытаюсь идентифицировать с такой точностью профессиональное звание человека. Все чаще случаются проекты, в которых звукорежиссера как такового вообще не существует. Есть лишь супервайзер, организующий работу отдельных звуковых цехов. За художественную часть в таких проектах отвечает либо режиссер, либо человек, которого можно назвать саунд-продюсером.

ПрофГид: Какими качествами надо обладать, чтобы быть звукорежиссером?

А. Д.: Если честно, не знаю. В конце концов, звукорежиссеры тоже бывают разные.

ПрофГид: Что надо нынче знать и что уметь?

А. Д.: Для звукорежиссеров последнего поколения неотъемлемой частью является знание и умение работать в звуковых программах. Со временем появляется понимание того, как и из чего образуется звук в кино. Мне кажется, что у нас в стране с последним не очень хорошо. Систематизированной базы знаний, похоже, нет, в институтах, насколько я слышал, преподают материал 30-летней давности, а эталоном звука в кино по-прежнему является Запад.

Читайте также:

ПрофГид: Где вообще этому учат?

А. Д.: Во ВГИКе и Институте радио и телевидения. Думаю, можно там поучиться, диплом не помешает, но я бы больших надежд не питал.

ПрофГид: Андрей, я знаю, что у тебя есть масса собственных, никем не оплачиваемых проектов, например, «Ежи и Петруччо». Планируется ли еще что-нибудь?

А. Д.: Был еще «...friends read». Вот все пытаемся сайт для него сделать, но что-то как-то все небыстро происходит.

ПрофГид: К нам на ПрофГид пишут молодые люди, они ищут себя в мире профессий. Что ты им скажешь: как продвинуться? Вот юноша приехал в Москву из Самары. Он кипит энергией, талантом, он трудолюбив даже, но наивен: ищет в интернете вакансии композиторов и не находит. Как ты, Андрей, прошел этот путь? С чего ты начал, где ты учился и как ты пришел к  работе в кино.

А. Д.: Искать счастья или смысла в профессии – это безумие. Ни того ни другого там нет. Разумный человек найдет в профессии применение своим способностям и средства к существованию, не более. Все, что сверх того, можно лишь привнести в профессию, но не найти в ней. Композиторы в кино в основном приходят, насколько я это вижу, через личное общение. Так что молодому человеку можно посоветовать как можно больше тусоваться (возможно, и электронным способом) среди молодых и не очень киношников, тем более что так легче найти единомышленников, что немаловажно. Что до меня, то это в той или иной степени просто стечение обстоятельств.

Читайте также:

ПрофГид: Где лежит твоя  трудовая книжка?

А. Д.: Честно говоря, не помню. В любом случае я с недавних пор индивидуальный предприниматель.

ПрофГид: В жизни бывает все. Готов ли ты, Андрей, себя прокормить другим делом? Что ты еще умеешь делать нужное людям, чтобы тебе прокормило, например, во время войны или  в эмиграции... В общем, в тяжелое время...

А. Д.: Ооо, нет, я о будущем не думаю.

ПрофГид: До какой степени тебе нужен в работе английский язык? Кстати, а во Франции ты  по-французски разговаривал, да?

А. Д.: Во франции все общались по-английски, не смотря на заверения, что французы не любят этого делать. А в профессии звукорежиссера английский не помешает, хотя можно и без него прекрасно обойтись.

ПрофГид: Андрей, не сочти за бестактность, наши читатели хотят знать, сколько звукорежиссер, ну, и звукооператор, зарабатывает в месяц.

А. Д.: Это зависит от работы, которую выполняешь, и ответственности, которую несешь. Можно получать 25 тысяч в месяц, а можно 1 тысячу в час.

ПрофГид: Что бы ты сказал юноше, выбирающему жизненный путь? Предостерег бы от чего?

А. Д.: Думаю, что следовать чьим-то советам как-то странно.... Ну, в любом случае, я бы не придавал этому выбору большого значения. Есть склонности, есть обстоятельства, есть способности, желания... – целый коктейль.

ПрофГид: Какое у тебя кредо для жизни, для работы?

А. Д.: Таковых нет.

Читайте также: